Остановите Землю - я сойду
Еврейская жизнь на постсоветском пространстве - от фикции к эвтаназии.
'Я неторопливо раскачиваюсь в кресле-качалке, гляжу на барханы Иудейской пустыни и чувствую себя едва ли не Горьким на Капри. Почему Горьким? Потому что горько.
Горько осознавать, что твой фундамент идентичности - русскоязычное еврейство - мёртв. Но ещё горше признавать, что его не было. Не существовало. Признавать, что всё закончилось много десятилетий назад. Возрождение постсоветского еврейства напоминает опыты XVIII века с электродами, заставлявшими трупы «танцевать» при подаче электричества. Вот и мы - танцуем фрейлехс и даже поём «Хаву нагилу», когда дают разряд. То бишь, разнарядку.
Когда-нибудь о нас напишут в учебниках истории. Скучающий семиклассник будет зубрить, что в конце XX века произошёл самый масштабный акт коллективного (само)обмана значительной части еврейского народа. (Разумеется, не считая произошедшего 50 годами ранее). Горько смотреть на синагоги, где единственная возможность собрать миньян - платить за него старикам денежной подачкой да утренней похлёбкой.
Горько смотреть на школы, где еврейских учителей больше, чем еврейских учеников. Горько смотреть на глянцевые буклеты, демонстрирующие заокеанским (а теперь и местным) благодетелям возрождённую на их средства постсоветскую еврейскую идиллию - мальчики учатся, старики кормятся, синагоги строятся. Подозреваю, что мало где на планете еврейская общинная жизнь приняла столь уродливые формы, как это произошло в бывшем СССР. Борьба за зоны влияния между еврейскими структурами, религиозные и экономические междуусобицы, престарелые функционеры, сражения за бюджеты, и на последнем месте - эти... как их... люди.
Нет, я вовсе не тешу себя иллюзиями, что еврейские структуры США или, скажем, Аргентины - эталон прозрачности и духовной чистоты. Но там есть критическая масса людей, которым не всё равно. Людей, ощущающих причастность. Людей, способных самостоятельно организоваться и обеспечить свои социальные, экономические, религиозные потребности. В СНГ этой критической массы нет - а призрачную надежду на её появление похоронили тысячи бездарно потраченных грантов, породившие десятки тысяч безликих функционеров и сотни тысяч евреев-потребителей.
Дармовщинка пронизывает все слои общества: дети получают MP3-плейер за обрезание и конфетку - за выученное благословение, подростки ездят в бесплатные лагеря и понимают, что «расплатой» за это станут два занятия на тему еврейского самосознания и одно - про Холокост, молодёжь кучкуется в безликих тусовках, созданных с единственной целью – «привлечь молодёжь». (Для чего? Нууу… чтобы она была у нас, а не у тех, других). Люди средних лет стоят в очереди за бесплатной коробкой мацы... впрочем, иногда не стоят, а приезжают за ней на своей «Мазде». Всё нормально. Всё идёт по плану. Подачки уже давно никого не оскорбляют - они стали нормой.
Норма – это когда сотрудник «Сохнута» 15 (пятнадцать) лет работает в отделе репатриации и с обречённой безнадёжностью рассказывает на каждом еврейском семинаре, что вам, детки, давно пора собирать вещи и ехать в Израиль. Например, в Тверию - центр туристической индустрии. Слушайте меня, детки, дядя плохого не посоветует. Дядя опытный.
Норма - это когда синагога превращается в бизнес-сходняк, а раввин - в смотрящего. Не подумайте, я не ханжа и сам не прочь поговорить о делах в хорошей еврейской компании, где бы она ни собиралась. Но когда в синагогу приходят только ради поговорить, становится немного обидно за Него, с которым никто говорить не хочет.
Норма - это когда единственный способ привлечь молодёжь к еврейским знаниям - платить им. Наличными. По часам. Как женщинам - не за любовь, а за потраченное время. Впрочем, сегодня в моде и бартер - поездки за границу, например. Разумеется, с высочайшими образовательными целями. И красивыми групповыми фото.
Я не Мартин Лютер Кинг, но у меня тоже есть мечта. Я мечтаю, чтобы в один прекрасный день территория СНГ стала «donation-frei», свободной от грантов, пожертвований и прочих вспоможествований. Я мечтаю, чтобы растворились в небытии молодёжные, образовательные, общинные структуры, созданные по разнарядке извне. И если они действительно нужны людям - они воссоздадут их сами.
Я мечтаю, чтобы еврейское стоило дороже, чем нееврейское. И чтобы за него платили не только потому, что оно своё, - но потому, что оно лучше. И чтобы выстраивались в очередь. Я мечтаю, чтобы нам стало стыдно - и мечтаю, чтобы нам было не за что стыдиться. Я мечтаю, чтобы в нашем обществе теплилась жизнь, а не судороги электродов...
Наивно.
Роман Гольд
